Компания Lockheed Martin считает, что без надёжного источника энергии, который не зависит от Солнца, на Луне не получится построить ничего серьёзнее временного лагеря. Поэтому она активно продвигает технологию Fission Surface Power (FSP) — компактные ядерные реакторы деления, способные работать круглосуточно даже в двухнедельной полярной ночи.
Лунные сутки длятся почти месяц, из них половина — сплошная темнота и мороз до минус 170 °C. Многие перспективные места с водой и полезными ископаемыми вообще находятся в вечной тени. Солнечные панели в таких условиях бесполезны. А для постоянной базы, добычи кислорода, производства топлива и промышленных работ нужна энергия 24/7. Именно её и даёт ядерный реактор.
От 5 до 100 кВт
Lockheed Martin предлагает не один огромный реактор, а масштабируемую систему. На старте — лёгкие блоки по 5–10 кВт: хватит, чтобы обогреть жилой модуль и зарядить роверы. По мере роста лунной экономики мощность легко наращивается до 25–50 кВт, а потом и до 100 кВт — достаточно для полноценных заводов по производству ракетного топлива.
«Наша архитектура гибкая и подходит под любые нагрузки, — объясняет Керри Тиммонс, руководитель ядерных программ Lockheed Martin. — Но 100-киловаттный реактор для Луны и Марса — это не просто увеличенная копия маленького. Нужно освоить высокотемпературные циклы Брайтона, новые материалы и полностью автономное управление».
Сначала небольшие установки будут тестироваться на орбите — там проще отработать отвод тепла, управление реактором и запуск. Это же решение потом пойдёт и на Луну, и в будущем на Марс. Такой подход резко снижает стоимость и ускоряет путь от чертежа до реального полёта.
После недавнего исполнительного указа Белого дома космическая ядерная энергетика стала делом государственного масштаба. «Раньше мы жили в ситуации “курица или яйцо”: ждать спроса или строить в надежде? — говорит Билл Пратт, директор по космической инфраструктуре Lockheed Martin. — Указ снял все вопросы. NASA закладывает основу, а промышленность уже готова строить бизнес-модели».
Компания вместе с NASA и Министерством энергетики уже выполняет контракты первой фазы. Цель — первый лунный реактор в 2030 году.
В итоге самый важный «прибор» следующей лунной миссии окажется не камерой и не телескопом, а скромным ядерным сердечником, который превратит две недели ледяной темноты в светлую, тёплую и продуктивную базу — настоящий плацдарм для будущей лунной экономики.
